Зампредставителя РФ в ООН: «Гаагский трибунал – это инструмент сведения счетов»

В ходе заседания Совета Безопасности ООН заместитель представителя России при этой организации Геннадий Кузьмин назвал нынешний Международный остаточный механизм для уголовных трибуналов (МОМУТ) и Международный трибунал по бывшей Югославии (МТБЮ) инструментами для сведения счетов.

Так Кузьмин отреагировал на то, что Апелляционная палата МОМУТ отставила в силе пожизненный приговор сербскому генералу Ратко Младичу.

Подпишитесь на новости «ПолитНавигатор» в ТамТам, Яндекс.Дзен, Telegram, Одноклассниках, Вконтакте, каналы YouTube и TikTok.
Для подписки на уведомления в баузере нажмите здесь.

Как сообщает корреспондент «ПолитНавигатора», МОМУТ продолжил политизированный курс своего предшественника – МТБЮ, и подтверждение приговора Ратко Младичу стало продолжением этой политизации. По словам российского дипломата, война на Балканах стала трагедией для всех сторон, разрушила единую страну и продемонстрировала, насколько уязвимо международное право, а также насколько легко в условиях безнаказанности страны НАТО могут обойти Устав ООН и начать военную операцию в третьей стране.

Он также спросил, был ли привлечен к ответственности хоть кто-нибудь за бомбардировки мирных жителей в Союзной Югославии, убийство журналистов в ходе бомбардировки здания телецентра и посольских работников во время авиационного удара по зданию китайского посольства в Белграде. И почему МТБЮ, а затем и МОМУТ «были слепы и глухи» к преступлениям, совершенным косовскими албанцами.

«Они (МОМУТ и МТБЮ – ред.) стали инструментами сведения счетов, а не инструментами примирения, и причина тому – заметный дефицит справедливости в приговорах, обвинения только одной стороны и замалчивание преступлений других», – отметил Кузьмин.

Он также сообщил, что Россия требует комплексного независимого медицинского обследования Ратко Младича, чье здоровье в неволе постоянно ухудшается .

«Россия придает большое значение вопросу обеспечения прав человека, находящегося в заключении, в том числе права на медицинскую помощь. Совет Безопасности особо подчеркнул это в прошлогодней резолюции 2529. Тем не менее, Остаточный механизм не считает целесообразным сообщать Совету Безопасности о том, как эти права реализуются», – отметил российский дипломат.